Как сообщает Mining Weekly, американский аналитический центр Institute for Energy Economics and Financial Analysis (IEEFA) в своем последнем докладе «Предстоящая проблема Индии с железной рудой» предупреждает, что стране может не хватить сырья необходимого качества для реализации амбициозных планов по расширению сталелитейного производства.

По данным IEEFA, то, каким образом Индия будет закупать импортную железную руду и в каких объемах модернизировать и обогащать отечественное сырье, может определить выбор технологий производства стали, а также повлиять на зависимость страны от импортного коксующегося угля и темпы декарбонизации отрасли. В соответствии с предлагаемой Национальной политикой в области стали 2025 года правительство Индии намерено более чем вдвое увеличить мощности по производству сырой стали — до 400 млн тонн к 2035/36 финансовому году, одновременно снижая углеродную интенсивность отрасли и зависимость от коксующегося угля.
В 2024/25 финансовом году Индия произвела около 289 млн тонн железной руды, став четвертым крупнейшим производителем в мире. Однако около 66,5% оставшихся ресурсов страны приходится на руды среднего и низкого качества, которые требуют обогащения.

Для увеличения мощности 27 действующих обогатительных предприятий с нынешних 136 млн тонн в год до 170 млн тонн в год к 2030 году потребуется около $5,7 млрд инвестиций. Для этого также необходима благоприятная государственная политика, включая снижение роялти на обогащенную низкосортную руду.
Многие месторождения Индии также характеризуются высоким содержанием глинозема (Al₂O₃). По оценке IEEFA, каждое увеличение содержания глинозема на 1 процентный пункт приводит к росту потребления кокса на 2,2% и снижению производительности доменной печи на 4%.

«Проблема Индии с железной рудой смещается от обеспечения достаточных объемов поставок к обеспечению необходимого качества сырья для расширяющейся сталелитейной отрасли с более низким уровнем выбросов. По мере роста значения импорта железной руды тип закупаемого сырья может влиять на выбор технологий и, следовательно, на темпы декарбонизации стали и долгосрочную зависимость от импортного коксующегося угля», — пояснил автор отчета IEEFA Саумья Наутиял.

На фоне того, что мировые поставщики все активнее производят высококачественное сырье для прямого восстановления железа (DR) и «зеленое железо», Индии следует оценивать будущие источники железной руды с точки зрения технологий, энергетической безопасности и промышленной конкурентоспособности, а не только стоимости.
IEEFA подчеркивает, что развитие обогащения отечественной руды должно стать центральным элементом стратегии Индии. Однако при более чем 357 млн тонн сталеплавильных мощностей, находящихся в стадии реализации, импорт высококачественной железной руды также будет расти. По словам Наутияла, качество импортируемой руды будет определять технологии производства стали, которые Индия закрепит на долгосрочную перспективу, и степень зависимости отрасли от коксующегося угля.

Более высокий спрос на качественную руду уже влияет на стратегии крупных производителей. Во время телефонной конференции по итогам четвертого квартала Tata Steel генеральный директор Т. В. Нарендран представил подход компании к сырьевой базе после 2030 года, предусматривающий получение новых внутренних лицензий на добычу, расширение производства там, где имеются доступные запасы руды, а также использование импортного сырья для дополнения отечественных поставок.

Tata Steel уже проводила испытания импортной канадской железной руды. По словам Нарендрана, руда с более низким содержанием глинозема может обеспечивать большую экономическую эффективность при использовании, особенно на расширяющихся прибрежных предприятиях компании.

В мировом масштабе рост спроса постепенно смещается от зрелого китайского рынка к развивающимся производителям стали, включая страны Юго-Восточной Азии и Индию. Крупнейший производитель железной руды Vale называет Индию стратегически важным рынком роста, а правительство Австралии прогнозирует увеличение импорта железной руды Индией с 3 млн тонн в 2025 году до 50 млн тонн к 2031 году.

Руководитель сырьевого направления Jindal Steel оценивает, что для производства около 220 млн тонн стали в 2030 году Индии потребуется примерно 500 млн тонн железной руды. Даже с учетом запланированного расширения добычи потенциальный дефицит может составить около 40 млн тонн.

Помимо Австралии, Бразилия имеет хорошие возможности воспользоваться переходом Индии к производству стали с более низким уровнем выбросов благодаря значительным запасам высококачественной железной руды и растущему выпуску сырья для прямого восстановления железа, отмечает автор отчета IEEFA Саймон Николас.
«В основе происходящих изменений лежит не только объем, но и качество. Доменные печи могут использовать широкий диапазон сортов руды, однако технологии прямого восстановления железа (DRI) требуют высококачественного сырья с содержанием железа около 67% и низким уровнем примесей. Ожидается, что спрос на такую продукцию будет расти.

По мере перехода мировой сталелитейной отрасли к снижению выбросов мировой рынок железной руды меняется как с точки зрения масштабов, так и качества», — заявил Николас. По его словам, Бразилия и Австралия инвестируют в производство высококачественной продукции для прямого восстановления и «зеленого железа», тогда как Оман позиционирует себя как будущий центр производства «зеленого железа».

«Это дает Индии реальный выбор, и будущие решения о закупках следует оценивать с точки зрения энергетической безопасности и промышленной конкурентоспособности, а не только стоимости», — добавил эксперт.

IEEFA предупреждает, что если в будущих импортных поставках будет преобладать традиционная руда для доменного производства, это может закрепить инвестиции в технологическую цепочку доменная печь — кислородный конвертер (BF-BOF) и продлить зависимость Индии от импортного коксующегося угля, доля которого в общем потреблении страны уже составляет около 85% импорта.

По оценке Global Energy Monitor, около 57% заявленных сталеплавильных мощностей Индии, находящихся в стадии строительства или разработки, по-прежнему основаны на доменной технологии.

Напротив, более широкая доступность высококачественного сырья для прямого восстановления может способствовать постепенному расширению производства DRI с использованием природного газа, синтез-газа, получаемого из угля, и в перспективе — «зеленого» водорода.

Jindal Steel уже владеет одним предприятием по производству DRI в Омане и строит второе. Компания также заявляла, что рассматривает возможность импорта DRI из-за нехватки доступного металлизированного сырья в Индии.

Эксперты аналитического агентство MEPS International подготовили обзор крупнейших проектов по строительству новых мощностей, модернизации предприятий и развитию металлургической отрасли в Европе, Северной Америке и Азии.

Европа

Voestalpine (Австрия) подтвердила запуск электросталеплавильного комплекса (EAF) на заводе Donawitz в 2027 году. К 2030 году компания планирует инвестировать еще €100 млн в расширение проекта, увеличив мощности по выпуску низкоуглеродной стали с 850 тыс. тонн до 1,5 млн тонн в год. Полная электрификация производства позволит закрыть обе доменные печи и сократить выбросы CO₂ более чем на 90% по сравнению с 2019 годом.

Salzgitter завершила приобретение металлургического предприятия HKM (Hüttenwerke Krupp Mannesmann) и намерена установить на площадке новую электропечь. Компания рассчитывает сократить выбросы CO₂ на 90%, а к концу 2028 года уменьшить мощности по выплавке стали до 2 млн тонн в год.

Thyssenkrupp планирует выделить подразделение по дистрибуции металлопродукции tk accelis в отдельную компанию и вывести ее на Франкфуртскую фондовую биржу. Предполагается передать акционерам 49% акций нового бизнеса, сохранив контрольный пакет. Решение будет рассмотрено 7 августа 2026 года.

Британская компания Meridian Steel, входящая в группу Duferco, начала процедуру закрытия бизнеса, объяснив это сокращением импортных квот на сталь, повышением пошлин и высокими ценами на электроэнергию. Компания перерабатывает около 150 тыс. тонн рулонной стали в год и обеспечивает работой около 100 сотрудников.

Правительство Великобритании завершило национализацию British Steel после безуспешных переговоров с прежним владельцем — китайской Jingye Steel. С апреля 2025 года государство уже направило £377 млн на поддержку работы завода в Сканторпе. По оценке Национального контрольного управления, к 2028 году объем государственной поддержки может превысить £1,5 млрд.

US Steel Košice представила властям Словакии проект строительства новой электросталеплавильной печи мощностью 1,6 млн тонн в год. Общая производственная мощность предприятия сохранится на уровне 4,5 млн тонн стали в год. Строительство планируется начать в 2027 году, запуск — в 2030 году. После завершения сделки стоимостью $14 млрд предприятие перейдет под контроль Nippon Steel.

Еврокомиссия начала пересмотр антидемпинговых пошлин на импорт горячекатаного плоского проката из Турции по обращению ассоциации Eurofer. Действующие пошлины в размере 4,7–7,3% останутся в силе до завершения расследования, которое продлится 12–15 месяцев.

Северная Америка

Outokumpu Stainless USA заключила контракт с Primetals Technologies на установку новой 180-тонной двухпозиционной ковш-печи на заводе в Калверте (штат Алабама). Новое оборудование будет введено в эксплуатацию в марте 2028 года и повысит эффективность выплавки нержавеющей стали из металлолома.

Американский производитель арматуры Hybar привлек $1,1 млрд для строительства второго мини-завода рядом с действующим предприятием в Осцеоле (Арканзас). После реализации проекта производственные мощности увеличатся с 700 тыс. до 1,3 млн коротких тонн в год. Новый завод будет использовать электроэнергию, полностью получаемую из возобновляемых источников.

Компании Hyundai Motor Group и POSCO начнут строительство нового электросталеплавильного завода в Луизиане в сентябре 2026 года. Инвестиции составят$5,8 млрд, производственная мощность — 2,7 млн тонн автомобильного листового проката в год. Запуск предприятия намечен на начало 2029 года. Hyundai будет владеть 80% совместного предприятия, POSCO — 20%.

Восточная Азия

Министерство финансов Японии ввело предварительные антидемпинговые пошлины на импорт холоднокатаного листа и штрипса из нержавеющей стали из Китая и Тайваня. Для китайских производителей ставки составят 27,7–42,1%, для тайваньских — 3,6–20,1%. Ограничения будут действовать как минимум до ноября 2026 года.

Китайская Lianyungang Huale Alloy Group завершила горячие испытания новой четырехручьевой машины непрерывного литья заготовок мощностью 600 тыс. тонн в год. Новая линия позволит выпускать квадратные и круглые заготовки для производства сортового проката и труб из нержавеющей стали, не увеличивая общие мощности компании по выплавке.
POSCO завершила строительство новой электросталеплавильной печи мощностью 2,5 млн тонн в год на металлургическом комбинате Gwangyang в Южной Корее. Предприятие сможет работать как полностью на электродуговой технологии, так и в гибридном режиме с использованием чугуна из доменных печей. По оценке компании, новая технология позволит сократить выбросы CO₂ до 75% по сравнению с традиционным доменным производством.

POSCO и JSW Steel подписали соглашение о создании совместного предприятия (50:50) для строительства интегрированного металлургического комбината в индийском штате Одиша. Новый завод мощностью 6 млн тонн стали в год будет включать полный производственный цикл — от выплавки чугуна и стали до горячей и холодной прокатки и цинкования. Строительство рассчитано на четыре года, ввод предприятия в эксплуатацию запланирован на 2031 год.

Азиатский рынок стали в III квартале 2026 года продолжит испытывать давление из-за сезонного снижения спроса, вызванного периодом муссонов, а также усиления торговых ограничений на мировом рынке. Дополнительное давление ожидается и на рынок металлолома, где спрос сдерживают высокие цены на электроэнергию, слабые продажи арматуры и конкуренция со стороны более дешевого внутреннего лома. Такие выводы содержатся в обзоре S&P Global Energy.

Падение спроса совпало с усилением торговых барьеров

По оценке аналитиков, сезонное замедление строительной активности в странах Азии совпало с дальнейшим ужесточением мер торговой защиты на ключевых экспортных рынках.
Среди наиболее значимых факторов:
• вступление 1 июля в силу нового режима импортных квот на стальную продукцию в Европейском союзе;
• начало антидемпингового расследования в Индии в отношении импорта горячекатаного плоского проката (HRC) из Китая, Японии и России.

Кроме того, участники рынка внимательно следят за развитием ситуации вокруг отношений между США и Ираном. Возобновление экспорта иранской стальной заготовки и слябов может усилить конкуренцию с китайскими поставщиками полуфабрикатов на мировом рынке.

Цены на горячекатаный прокат останутся под давлением

По прогнозу S&P Global, в III квартале цены на горячекатаный рулон (HRC) в Азии сохранят нисходящее давление, поскольку слабый спрос продолжает перевешивать ограниченное сокращение предложения.
Несмотря на то что ряд металлургических предприятий провинции Хэбэй в июле сократил производство из-за роста стоимости кокса, рынок считает влияние этого фактора ограниченным. Запасы стали вновь увеличиваются после нескольких месяцев сокращения, что свидетельствует о сохранении превышения предложения над потреблением.
Во второй половине II квартала покупатели с Ближнего Востока начали осторожно возвращаться на рынок, однако нестабильное перемирие между США и Ираном продолжало ограничивать активность закупок.
По данным Platts (S&P Global), во II квартале было зафиксировано шесть сделок по поставкам HRC из Индии и Китая в Турцию и ОАЭ, тогда как в I квартале их было только три. Участники рынка связывают этот рост с временным улучшением настроений после объявления режима прекращения огня.

В то же время производители из Индии и Индонезии смогли вернуть часть своей доли рынка во Вьетнаме благодаря слабому внутреннему спросу и сокращению возможностей экспорта в Европу и страны Ближнего Востока.
Однако после первоначального роста цены индийского и индонезийского HRC начали снижаться вслед за ослаблением внутреннего спроса и увеличением объемов спотовых поставок во Вьетнам.

Аналитики отмечают, что котировки Platts SAE1006 CFR Southeast Asia, отражающие преимущественно стоимость индийского и индонезийского HRC после введения Вьетнамом антидемпинговых пошлин на китайскую продукцию, демонстрировали более высокую волатильность, чем индекс FOB China.

По словам директора по аналитике металлургической отрасли S&P Global Energy CERA Пола Бартоломью, во II квартале китайский рынок HRC находился под давлением слабого спотового спроса, тогда как рынки Юго-Восточной Азии временно поддерживались ожиданиями роста экспорта на Ближний Восток.
Дополнительное давление на региональный рынок может оказать ввод новых сталеплавильных мощностей в Индии. По мнению участников рынка, индийские производители будут активнее переориентировать экспорт в страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока после сокращения импортных квот в ЕС.

Экспорт китайской заготовки столкнется с ростом конкуренции

По оценкам рынка, в III квартале экспортные цены на китайскую стальную заготовку также останутся под давлением.
Во II квартале Китай смог существенно увеличить экспорт благодаря отсутствию поставок из Ирана, который ранее являлся одним из крупнейших поставщиков заготовки в Таиланд и Индонезию.
Согласно данным таможенной службы Китая, за период март–май экспорт заготовки вырос на 42% в годовом выражении — до 3,85 млн тонн. При этом поставки в Таиланд и Индонезию увеличились на 80,4%, достигнув примерно 901 тыс. тонн.

Рост мировых цен на энергоносители поддержал стоимость стали, а геополитическая неопределенность заставила покупателей заранее формировать запасы.

Как отметил представитель одного из металлургических предприятий Малайзии, в марте и апреле многие клиенты закупали двухмесячные объемы продукции в течение одного месяца, опасаясь дальнейшего роста цен.
Максимального значения экспортные цены достигли в мае. 14 мая агентство Platts оценило стоимость заготовки 3SP 150 мм FOB Китай в $481 за тонну — это самый высокий уровень с начала публикации данного индекса в феврале 2025 года.

Однако с конца июня ситуация изменилась: сезон дождей в странах Юго-Восточной Азии и снижение спроса внутри Китая привели к сокращению потребления готового проката и ослаблению интереса к закупкам заготовки. Дополнительное давление оказывают высокие складские запасы и низкие темпы продаж.
Участники рынка также отмечают, что покупатели занимают выжидательную позицию, ожидая снижения цен на энергоносители и большей определенности в отношении ситуации вокруг Ирана.
По мнению тайских трейдеров, иранские поставщики продолжают искать покупателей, однако пока не готовы подтверждать сроки поставок.

Рынок металлолома также ожидает слабый III квартал

Негативные настроения сохраняются и на рынке металлолома.
Во II квартале индекс Platts HMS 1/2 (80:20) CFR Тайвань снизился с $363 за тонну (19 мая) до $339 за тонну (30 июня), потеряв $24 за тонну.

По мнению участников рынка, летом спрос на лом традиционно снижается из-за:
• высоких тарифов на электроэнергию;
• сезона муссонов;
• сокращения строительной активности.
Во многих странах региона металлургические предприятия в этот период проводят плановые ремонты или сокращают загрузку мощностей.

Во Вьетнаме ожидается сохранение слабого спроса как минимум до сентября–октября. Дополнительным фактором остается медленное восстановление рынка частного жилищного строительства.
На Тайване импортный лом испытывает давление со стороны более дешевого внутреннего сырья, а спрос на стальную заготовку остается низким из-за увеличившегося ценового разрыва между заготовкой и ломом и слабых продаж арматуры.

Вместе с тем ряд участников рынка не ожидает резкого падения цен на металлолом. Поддержку котировкам могут оказать сравнительно высокие внутренние цены на лом в Японии, а также сохраняющийся устойчивый спрос со стороны Бангладеш, который остается одним из наиболее активных покупателей в регионе.

Как сообщает EuroMetal, европейская политика в области регулирования сталелитейной отрасли может не только не защитить промышленность ЕС, но и ускорить ее деградацию. Такое мнение высказал администратор итальянской консалтинговой компании ICT International and Trading Company Джанлука Дженнари.
По его словам, сегодня каждому руководителю европейского промышленного предприятия стоит задаться вопросом: действительно ли Евросоюз стремится сохранить свою промышленную базу или же проводимая политика фактически ускоряет ее разрушение.

Как отметил Дженнари, в последние годы Европейская комиссия последовательно вводила все более сложную систему экологического регулирования, торговых ограничений и механизмов контроля, заявляя, что эти меры направлены на развитие устойчивого производства и защиту европейской металлургии.
Однако, по его мнению, результат оказался прямо противоположным.

После запуска European Green Deal («Зеленый курс»), инициатив по развитию «зеленой» стали, введения дополнительных налогов на сырье, защитных мер, импортных квот и, наконец, Механизма трансграничной углеродной корректировки (CBAM) были приняты решения, не учитывающие специфику функционирования европейского рынка стали и потребности разветвленной производственной цепочки региона.

CBAM: углеродный механизм без понятных правил

По словам Дженнари, CBAM стал очередным примером фрагментарной промышленной политики Брюсселя.
Он напомнил, что еще в 2025 году Европейская комиссия признала: окончательные эталонные показатели, необходимые для расчета обязательств в рамках CBAM, не будут опубликованы до начала 2026 года.
В результате европейские компании были вынуждены принимать решения о закупках стали, не имея возможности определить будущие расходы, связанные с углеродным регулированием.

Хотя впоследствии эталонные показатели были опубликованы, Дженнари считает, что они остаются слишком высокими и непригодными для использования в коммерческих расчетах. Из-за этого потребители стали по-прежнему зависят от данных о выбросах, которые предоставляют сами металлургические предприятия.

При этом, подчеркнул эксперт, такие сведения должны подтверждаться аккредитованными Европейским союзом органами по сертификации, однако соответствующие организации до сих пор не назначены. По его оценке, их аккредитация может завершиться лишь к середине 2027 года.
Это означает, что европейские компании будут закупать стальную продукцию примерно 18 месяцев, не имея точного представления о своих реальных обязательствах по CBAM.

Дополнительную неопределенность, по словам Дженнари, создают:
• постоянные колебания стоимости углеродных сертификатов;
• отсутствие окончательной методики расчета платежей;
• незавершенная система сертификации;
• необходимость резервировать финансовые средства под обязательства, размер которых невозможно точно определить.

«В таких условиях бизнес не способен эффективно планировать свою деятельность», — считает эксперт.
Импортные квоты парализовали рынок
По мнению Дженнари, ситуацию еще больше осложнило введение новых защитных импортных квот.

Он отметил, что европейские компании в течение нескольких месяцев ожидали ответов на ключевые вопросы:
• какие объемы импорта будут доступны;
• каким образом будут распределяться квоты;
• когда вступит в силу новый режим;
• будут ли перераспределены квоты, ранее предназначенные для России и Беларуси;
• появятся ли страновые квоты для отдельных поставщиков.

Окончательные ответы были опубликованы только 30 июня 2026 года — всего за один день до вступления новых правил в силу.

По словам Дженнари, для отрасли с длительными производственными циклами и закупками, планируемыми за несколько месяцев вперед, подобная неопределенность фактически означает коммерческий паралич.
Во II квартале 2026 года, по его данным, объемы бизнеса многих компаний итальянской металлургической цепочки поставок сократились до 50% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Компании откладывали закупки сырья, снижали темпы производства, переносили инвестиционные решения и продолжали расходовать складские запасы, не пополняя их.
Как подчеркнул эксперт, причиной такой ситуации стали не фундаментальные рыночные факторы, а неопределенность регулирования, созданная европейскими институтами.

Брюссель не учитывает особенности европейской экономики

По мнению Дженнари, главная ошибка носит не столько экономический, сколько концептуальный характер.
Он подчеркнул, что Европа не является ни крупной сырьевой, ни энергетической державой и не располагает такими запасами природных ресурсов, как США, Китай, Индия или Россия.

Главное конкурентное преимущество ЕС — развитая перерабатывающая промышленность.
Именно тысячи европейских предприятий перерабатывают стальную продукцию, создают добавленную стоимость, обеспечивают занятость населения, внедряют инновации и поддерживают международную конкурентоспособность европейской экономики.

Тем не менее, по словам Дженнари, Брюссель продолжает рассматривать импорт рулонного проката и стальных полуфабрикатов как угрозу, игнорируя тот факт, что именно такие поставки позволяют европейским производителям сохранять конкурентоспособность на мировом рынке.

Основная занятость сосредоточена не в металлургии

Дженнари приводит данные, согласно которым непосредственно в европейской металлургии занято около 300 тыс. человек.
В то же время предприятия последующих переделов — переработки стали и производства готовой продукции — обеспечивают работой почти 3 млн человек.
По его мнению, эти цифры наглядно показывают, где находятся реальные стратегические интересы Европы.
Если политика ЕС будет ориентирована исключительно на поддержку первичного производства стали, одновременно ухудшая положение предприятий-потребителей металлопродукции, это поставит под угрозу миллионы рабочих мест, тысячи малых и средних предприятий и один из ключевых секторов европейской промышленности.

Настоящая проблема — не полуфабрикаты

По мнению Дженнари, импорт рулонного проката и стальных полуфабрикатов не представляет главной угрозы для европейской промышленности, поскольку эта продукция используется на предприятиях ЕС для дальнейшей переработки.
Основную проблему, по его словам, создают готовые металлоемкие изделия, поступающие из третьих стран.
Такая продукция продолжает относительно свободно поступать на европейский рынок, вытесняя местных производителей и оказывая давление на цены.
Именно на этом направлении, считает эксперт, должны быть сосредоточены меры торговой политики.

Отрасли нужны понятные правила

По словам Дженнари, европейская металлургическая цепочка создания стоимости не требует ни протекционизма, ни особых условий.

Бизнесу необходимы:
• реалистичные импортные квоты, соответствующие фактическому спросу;
• окончательно сформированные и понятные правила функционирования CBAM;
• более жесткий контроль за импортом металлоемкой готовой продукции из третьих стран;
• постоянный диалог между европейскими регуляторами и промышленностью.

Европа рискует потерять промышленность

В завершение Дженнари заявил, что Европа продолжает позиционировать себя мировым лидером климатической политики, одновременно теряя конкурентоспособность, инвестиции и производственные мощности.
«Промышленности необходимо планирование. Планирование невозможно без определенности. А неопределенность порождает страх, паралич и упадок», — подчеркнул он.
По мнению эксперта, кризис европейской металлургии уже превратился в полномасштабную промышленную проблему.

«Сегодня главный вопрос заключается уже не в том, сможет ли европейская промышленность адаптироваться к новым требованиям, а в том, останется ли вообще промышленность, которую нужно будет защищать, к тому моменту, когда Европа окончательно определится со своими правилами», — резюмировал Джанлука Дженнари.

Как сообщает аналитическое агентство MEPS International Ltd., планы Thyssenkrupp по выделению подразделения по дистрибуции стали, задержки с внедрением электродуговой печи Tata Steel UK и прогресс в разработке новой доменной печи Yongfeng Lingang — вот лишь некоторые из статей в последнем обзоре мировых мощностей по производству стали от MEPS.

Европа
Thyssenkrupp
Thyssenkrupp планирует выделить свое подразделение по дистрибуции стали tk accelis, ранее известное как thyssenkrupp Materials Services, и разместить акции компании на Франкфуртской фондовой бирже.
Группа намерена передать 49% миноритарной доли акционерам thyssenkrupp, сохранив при этом контрольный пакет акций. План требует одобрения на внеочередном общем собрании акционеров, запланированном на 7 августа 2026 года.
Переименованное подразделение специализируется на распределении материалов, переработке и услугах в цепочке поставок. В 2024-2025 финансовом году оно принесло выручку в размере 11,4 млрд евро, продав 7,6 млн тонн продукции.

Защита торговли – Соединенное Королевство

Правительство Великобритании подтвердило переходный период для новых мер по торговле сталью в преддверии их вступления в силу 1 июля.
Сталь, импортируемая в третьем квартале по контрактам, заключенным до 14 марта, будет освобождена от нового 50% тарифа за превышение квоты. Соответствующие импортные поставки также не будут учитываться в рамках квот на июль-сентябрь. Импортеры должны предоставить доказательства того, что контракты были заключены до 14 марта.

Министерство бизнеса и торговли опубликовало предварительные квоты 2 апреля. Однако окончательные объемы квот по странам еще подлежат пересмотру и не были подтверждены в преддверии запланированного введения новых мер 1 июля.

Thyssenkrupp Steel
Компания Thyssenkrupp Steel возобновила пробную эксплуатацию прокатного стана № 4 в Дуйсбурге после ремонтных работ на предприятии.
Компания сообщает, что печи и части конструкции крыши были отремонтированы после пожара, причинившего ущерб предприятию в октябре 2025 года. Линия непрерывной разливки, связанная с предприятием, возобновила работу в декабре 2025 года.
Прокатный стан мощностью 3,1 миллиона тонн в год является частью недавней программы модернизации завода в Дуйсбурге стоимостью 800 миллионов евро, начатой летом 2025 года. Эти инвестиции включали новую линию непрерывной разливки, автоматизированную логистику слябов и две новые печи с шагающими балками.


Tata Steel
Компания Tata Steel предупредила, что затянувшиеся работы по подключению нового электродугового завода в Порт-Талботе к электросети National Grid могут задержать завершение строительства на шесть-восемь месяцев.
Запуск проекта стоимостью 1,25 миллиарда фунтов стерлингов на заводе сталелитейной компании в Южном Уэльсе был запланирован на конец 2027 года. Tata заявляет, что основные работы по демонтажу завершены, и компания продолжает сотрудничать с National Grid и правительством Великобритании для минимизации задержек.
Отдельно Tata Steel сообщила, что не ожидает, что недавний пожар на линии травления в Порт-Талботе вызовет значительные сбои на рынке или повлияет на проект электродугового завода. Меры по смягчению последствий включают в себя увеличение загрузки линии травления в Лланверне, запланированный перезапуск прокатного стана в Лланверне и поддержку со стороны других подразделений группы Tata Steel.

Celsa
Компания Celsa завершила модернизацию своего прокатного стана среднего сечения в Кастельбисбале, Испания.
В ходе работ была заменена 25-летняя универсальная черновая прокатная станция и модернизированы системы автоматизации на предприятии. Стан производит балки, уголки и швеллеры для строительной отрасли и имеет производственную мощность около одного миллиона тонн в год после ряда предыдущих расширений.
Модернизированная прокатная станция обеспечит более высокие усилия прокатки и улучшит эксплуатационные характеристики, сообщила компания Celsa. Работы проводились во время ежегодного планового технического обслуживания предприятия, а горячая пусконаладка была завершена раньше запланированного срока.

Восточная Азия
Hubei Jinshenglan
Компания Hubei Jinshenglan Metallurgical начала строительство новой линии горячей прокатки рулонов на своем предприятии в уезде Цзяюй, Сяньнин, провинция Хубэй.
Производственная мощность линии составит четыре миллиона тонн в год. Она будет в основном производить плоский прокат шириной 1680 мм и толщиной от 1,2 мм до 4 мм.
Новый завод китайского производителя стали включает в себя две двухрядные прокатные машины для слябов, две черновые прокатные станции и семь чистовых прокатных станов. Ожидается, что опытное производство начнётся в начале 2027 года.

Yongfeng Lingang
Компания Yongfeng Lingang, расположенная в провинции Шаньдун, планирует возобновить строительство доменной печи объёмом 3770 кубических метров и конвертера объёмом 280 тонн после двухлетнего перерыва.
Общая годовая производственная мощность этих установок составит три миллиона тонн чугуна и 2,75 миллиона тонн нерафинированной стали. Начало строительства запланировано на октябрь 2020 года. 26 и завершение в июне 2027 года.
В соответствии с правилами китайских властей по замене производственных мощностей, компания Yongfeng выведет из эксплуатации часть своих других предприятий до начала работы новых установок.

Yongjin Technology Group
Китайская компания Yongjin Technology Group одобрила инвестиции в размере 170 миллионов долларов США в строительство нового завода по производству нержавеющей стали недалеко от Ланьси в провинции Чжэцзян.
Проект будет иметь общую мощность 100 000 тонн в год, включая сверхтонкую прецизионную полосу из нержавеющей стали и титановую полосу. Yongjin планирует создать новую дочернюю компанию, Zhejiang Yongjin Precision Technology Co., для развития проекта.
Строительство будет завершено в два этапа, при этом первый этап добавит 60 000 тонн в год к мощности. Компания ожидает, что весь проект пройдет окончательную проверку к сентябрю 2032 года.

Henan Jiyuan
Компания Henan Jiyuan Iron & Steel заказала свою первую электродуговую печь (ЭДП) у производителя оборудования Danieli в рамках перехода к производству стали с более низким уровнем выбросов.

Печь мощностью 55 тонн будет иметь производственную мощность до 410 000 тонн в год. В ней будет использоваться технология непрерывной горизонтальной загрузки лома и предварительного нагрева лома для рекуперации тепла из отходящих газов и снижения потребления электроэнергии.
В настоящее время Jiyuan эксплуатирует два конвертера мощностью 60 тонн и два конвертера мощностью 120 тонн, с мощностью производства нерафинированной стали около пяти миллионов тонн в год. Новая ЭДП позволит повысить эффективность производства специальных сталей и снизить зависимость от технологии доменно-кислородной плавки.

Jiyuan Steel
Компания Jiyuan Steel заказала у Danieli четырехручьевую печь непрерывного литья круглых заготовок сверхбольшого размера для расширения производства специальных стальных заготовок.
Литейная машина будет иметь радиус дуги 18,5 метров и будет производить круглые заготовки диаметром 600-1300 мм. Компания Danieli поставит основное оборудование, системы автоматизации и технологические модели.
Новое оборудование поддержит расширение производства специальных крупногабаритных стальных изделий на предприятии Jiyuan Steel.

Северная Америка
Защита торговли – Канада
Канадские власти представили планы по продлению тарифных квот на импорт изделий из железа и стали на один год, при условии окончательного утверждения правительством.
Уровни квот будут по-прежнему основываться на 20% от объемов импорта 2024 года для стран, не имеющих соглашения о свободной торговле (ССТ), и 75% для стран, имеющих ССТ. Импорт сверх лимитов квот будет облагаться 50%-ной пошлиной. США и Мексика останутся освобожденными от стальных квот.
Возобновленные Канадой меры по защите торговли будут действовать до 27 июня 2027 года.
Канадские власти также планируют изучить возможность перехода некоторых категорий стальной продукции на систему квот, основанную на распределении, заменив нынешний подход «кто первый, тот и получил».

По данным Fastmarkets, в начале 2026 года мировой рынок железной руды демонстрирует устойчивость, однако нынешнее восстановление цен основано не на росте спроса, а главным образом на удорожании морских перевозок. Это делает ситуацию на рынке достаточно хрупкой.

В апреле котировки эталонной железной руды с содержанием Fe 61%превысили $108 за тонну CFR Китай, восстановившись после падения ниже $100 за тонну в начале года. Аналогичная динамика наблюдалась и по высококачественным рудам, включая концентрат и мелочь с содержанием Fe 65%.

Однако, как отмечают аналитики, основной причиной роста цен стало увеличение ставок морского фрахта. Подорожание перевозок по ключевым маршрутам привело к росту стоимости руды с поставкой в Китай (CFR), хотя фундаментальный спрос практически не изменился. В результате высокие биржевые цены уже не отражают реального состояния рынка и скрывают сохраняющуюся слабость потребления.

Спрос в Китае остается ограниченным

Несмотря на некоторое улучшение финансовых результатов китайских металлургических предприятий, структурный рост спроса на железную руду остается слабым. Маржа при производстве горячекатаного проката (HRC) и арматуры на большинстве китайских комбинатов вновь стала положительной, однако этого недостаточно для существенного увеличения закупок сырья.

В нынешних условиях металлурги сосредоточены прежде всего на снижении себестоимости. А значит: оптимизируют состав доменной шихты, выбирая наиболее экономичные комбинации сырья; избегают масштабного пополнения запасов железной руды, чтобы не увеличивать оборотный капитал и сохранить ликвидность.
Запасы руды в китайских портах по-прежнему остаются близкими к историческим максимумам, хотя в последнее время начали постепенно сокращаться. Тем не менее высокий уровень доступности сырья не стимулирует комбинаты к активным закупкам.

Дополнительным негативным фактором остается кризис строительного сектора Китая. Активность на рынке недвижимости значительно ниже исторических уровней, а такие опережающие индикаторы, как производство цемента, не указывают на заметное восстановление в течение 2026 года.
В результате рынок способен демонстрировать краткосрочный рост цен, однако потенциал дальнейшего повышения ограничен слабым конечным спросом.

Фрахт становится главным фактором ценообразования

Одной из наиболее заметных особенностей рынка в 2026 году стало усиление влияния стоимости морских перевозок. За последние месяцы ставки фрахта существенно выросли под воздействием геополитической напряженности, нарушений логистических цепочек и роста затрат на топливо. Особенно сильно это сказалось на дальних маршрутах, прежде всего из Бразилии в Азию.

Это привело к увеличению разрыва между двумя ценовыми ориентирами: 1) ценами CFR Китай, в которые включены возросшие транспортные расходы;2) ценами FOB в странах происхождения, которые по-прежнему отражают слабый фундаментальный спрос.

Для горнодобывающих компаний такая ситуация означает, что высокие цены в Китае далеко не всегда обеспечивают рост фактической прибыли. Особенно это касается производителей с высокими издержками и поставщиков, работающих на дальние расстояния.

Предложение продолжает расти

Со стороны предложения признаков дефицита также не наблюдается. По мере завершения сезонных ограничений добыча в Австралии и Бразилии традиционно увеличивается во втором квартале, и эта тенденция вновь проявляется в 2026 году. Хотя расходы на энергию и логистику заметно выросли, экспортные цены пока остаются значительно выше себестоимости крупнейших производителей, поэтому существенного сокращения добычи в ближайшей перспективе не ожидается.

Таким образом, сочетание устойчивого предложения и ограниченного спроса формирует рынок, где рост цен определяется преимущественно внешними затратами, а не фундаментальным дефицитом сырья.

Металлурги меняют подход к выбору качества руды

Давление на прибыль заставляет производителей стали пересматривать стратегию закупок железорудного сырья.
Несмотря на перебои с поставками, спрос на более дорогие материалы — окатыши и железорудный концентрат — остается сдержанным. Премии на окатыши практически не изменились, что свидетельствует о нежелании металлургов переплачивать за высококачественное сырье.
Лучше рынка выглядит кусковая руда (lump ore). Ее преимущество заключается в том, что она может загружаться непосредственно в доменную печь без предварительного агломерирования, позволяя снизить расход топлива на аглофабриках и уменьшить общие производственные затраты.

В настоящее время металлургические предприятия все чаще:
• минимизируют предельные затраты на сырье;
• оптимизируют состав доменной шихты вместо увеличения объемов производства;
• заменяют одни сорта руды другими, ориентируясь прежде всего на стоимость, а не на максимальную производительность.


Почему все больше внимания уделяется руде Fe 61%
Расширение рыночного охвата ценовых индикаторов для железной руды с содержанием Fe 61% отражает изменение структуры спроса.
На фоне перехода металлургов к более экономичным схемам работы материалы среднего качества приобретают все большее значение благодаря более привлекательному соотношению цены и эффективности.
Одновременно увеличивается волатильность ценовых различий между различными сортами железной руды под влиянием изменений спроса, стоимости перевозок и возможностей взаимозамещения различных видов сырья.
Основные вызовы для добывающих компаний
По мнению Fastmarkets, в ближайшей перспективе производители железной руды и предприятия по ее переработке столкнутся с рядом ключевых проблем:
• рост затрат на дизельное топливо, взрывчатые материалы и транспортировку будет сокращать рентабельность;
• ценовые индикаторы CFR все хуже отражают реальные доходы производителей;
• возрастает значение продуктовой стратегии, включая выбор качества продукции, обогащение и позиционирование на рынке;
• сохраняющаяся неопределенность спроса и геополитические риски осложняют планирование добычи, инвестиций и капитальных затрат.

Перспективы рынка

Аналитики ожидают, что в течение 2026 года рынок железной руды продолжат определять четыре основных фактора:
• слабый спрос, прежде всего со стороны Китая;
• устойчивое предложение со стороны крупнейших мировых производителей;
• высокие расходы на энергоносители и морской фрахт;
• возрастающая роль ценовых различий между рудами различного качества.
В этих условиях конкурентное преимущество получат компании, способные оперативно адаптировать объемы добычи, структуру выпускаемой продукции и контрактную политику с учетом изменений ценовой конъюнктуры и структуры издержек.

Мировая сталелитейная отрасль сталкивается с серьезными трудностями на пути к сокращению выбросов углерода. Около половины запланированных проектов по производству «зеленой» стали уже отстают от графика, а объем государственной поддержки остается значительно ниже необходимого уровня. Об этом представители отрасли заявили на ежегодной конференции в Сингапуре.

По данным Всемирной ассоциации производителей стали (World Steel Association, Worldsteel), для декарбонизации отрасли потребуется около $1,5 трлн, тогда как правительства различных стран на сегодняшний день выделили лишь $20 млрд.(только 1,3% от потребностей)

Руководители металлургических компаний отмечают, что прогресс в сокращении выбросов остается крайне медленным и вряд ли ускорится без существенного увеличения государственной поддержки или готовности потребителей платить более высокую цену за экологически чистую продукцию.

При этом столь пессимистичная оценка контрастирует с возобновившимся интересом инвесторов к возобновляемой энергетике и чистым технологиям после конфликта вокруг Ирана, который привел к росту цен на нефть и газ.


Потребители не готовы платить за низкоуглеродную сталь

«Зеленой» обычно называют сталь, произведенную с меньшим углеродным следом. Это направление имеет особое значение, поскольку на металлургическую отрасль приходится около 7–9% мировых выбросов парниковых газов.
Однако, по словам заместителя генерального секретаря Worldsteel Шаоляна Чжуна, существующий мировой портфель проектов позволит к концу десятилетия выпускать лишь около 70 млн тонн зеленой стали в год, что составляет лишь небольшую часть от прогнозируемого общего мирового производства, стали на уровне примерно 2 млрд тонн в год.
По его данным, около половины даже этого сравнительно небольшого объема проектов уже задерживается из-за проблем с финансированием, слабого спроса и дефицита «зеленого» водорода. Последний рассматривается рядом производителей как потенциальная альтернатива металлургическому углю в доменном производстве.
«За последние десять лет углеродоемкость производства стали практически не изменилась, несмотря на обязательства металлургов по сокращению углеродного следа», — отметил Чжун.

Участники конференции сообщили, что многие потребители по-прежнему не готовы платить премию за более экологичную сталь.


Индия и Юго-Восточная Азия продолжают строить доменные мощности

Одновременно в Индии и странах Юго-Восточной Азии продолжаются инвестиции в традиционные доменные печи. Срок службы многих таких агрегатов достигает 40 лет, что фактически закрепляет высокий уровень выбросов на десятилетия вперед.

Согласно прогнозам ОЭСР (OECD), объем новых доменных мощностей, запланированных в этих двух регионах в период с 2024 года по настоящее время, примерно соответствует мощности всего мирового портфеля проектов по производству зеленой стали, о котором говорил Чжун.

Заместитель президента Федерации металлургической промышленности Малайзии (Malaysia Iron & Steel Industry Federation) Йео Чун Кви подчеркнул, что для компаний приоритетом остается экономическая устойчивость.
«Производство зеленой стали — это хорошо, но сначала необходимо выжить».
По его словам, обсуждение зеленой стали до сих пор в основном концентрировалось на стороне предложения, тогда как стимулирование спроса не менее важно.

«Правительства должны играть ключевую роль и вводить обязательные требования по использованию зеленой стали в крупных инфраструктурных проектах», — заявил он.

Наиболее устойчиво оптимистичным сегментом сырьевого сектора в последние годы были металлы, связанные с энергетическим переходом, такие как медь, литий и редкоземельные элементы.
Но производители железной руды хотят, чтобы их продукция была добавлена в этот список.

Сильный рост спроса на сталь в Южной и Юго-Восточной Азии будет поддерживать высокий спрос на это сырье и более чем перевесит снижение производства в Китае и западном мире. Такое мнение было общепринятым на отраслевой встрече в Сингапуре на этой неделе.

Однако оптимизм производителей железной руды не разделили сторонники декарбонизации отрасли, и произошел сдвиг от представления о «зеленой» стали как о великой надежде из-за горького осознания того, что это будет чрезвычайно дорого.

В настоящее время правительствам не хватает воли для принятия законов, регулирования и стимулирования перехода от производства стали с использованием угля к использованию возобновляемых источников энергии.
Бычий настрой на рынке железной руды в значительной степени основан на прогнозах, согласно которым Индия увеличит производство стали с нынешних примерно 168 миллионов метрических тонн в год до примерно 400 миллионов тонн к 2035 году.

Индия является небольшим нетто-экспортером железной руды: согласно данным, собранным аналитиками Kpler, экспорт в 2025 году составил 28,62 миллиона тонн, а импорт — 13,87 миллиона тонн. Если Индия более чем удвоит производство стали в течение следующих 10 лет, ей почти наверняка придется увеличить импорт, поскольку ее отечественная промышленность не сможет добывать достаточное количество руды с достаточно высоким содержанием железа, чтобы это было экономически целесообразно.

Существует также оптимизм в отношении того, что страны Юго-Восточной Азии, такие как Вьетнам, Индонезия и Таиланд, будут наращивать мощности по производству стали по мере продолжения индустриализации их экономик, и это во многом будет зависеть от импорта железной руды.

Главный коммерческий директор Rio Tinto Болд Баатар заявил на Сингапурском форуме по железной руде и стали, что к 2035 году надвигается дефицит предложения железной руды в размере 650 миллионов тонн. Эта цифра учитывает новые рудники, такие как проект Симанду в Гвинее мощностью 120 миллионов тонн в год, который находится в процессе запуска.

Однако Rio ожидает, что темпы развития новых рудников не будут соответствовать потерям тонн по мере того, как рудники будут достигать конца своего срока службы.

Еще одним фактором, поддерживающим такие горнодобывающие компании, как Rio, которая является крупнейшим в мире производителем железной руды, является то, что большая часть новых мощностей по производству стали, строящихся в Азии, использует традиционный метод производства с использованием доменной печи и кислородно-конвертерного производства (BF-BOF).

Этот метод проверен и экономически эффективен, но также крайне загрязняет окружающую среду, поскольку основан на использовании металлургического угля. На производство стали приходится около 8% мировых выбросов углерода, поэтому декарбонизация жизненно важна для достижения климатических целей по нулевым выбросам к 2050 году.

Но хотя горнодобывающие и сталелитейные компании стремятся говорить о декарбонизации своих предприятий, в реальности они лишь стремятся к легкодостижимым результатам, планируя повысить эффективность и использовать железную руду более высокого качества.

Любые реальные усилия по существенному сокращению выбросов предполагают переход от угля к водороду в качестве восстановителя и возобновляемой электроэнергии в качестве источника энергии.
Но до сих пор на производство экологически чистой стали было выделено очень мало капитала.

Чжун Шаолян, заместитель генерального секретаря Всемир ной ассоциации производителей стали, заявил в среду на Сингапурском форуме по экологически чистой стали, что в поддержку производства экологически чистой стали было инвестировано всего $20 млрд.

Это привело к тому, что к 2030 году ожидается производство 70,8 миллионов тонн экологически чистой стали, большая часть которой будет сосредоточена в Европе.

Учитывая, что к 2030 году мировое производство стали, как ожидается, приблизится к 2 миллиардам тонн в год, запланированный объем производства экологически чистой стали составляет менее 4% от общего объема.
Проблема заключается в отсутствии глобального стандарта для экологически чистой стали, а углеродные налоги, такие как Механизм корректировки углеродных границ в Европе, недостаточно распространены, чтобы обеспечить существенный переход к экологически чистой стали.

Согласно данным Всемирной ассоциации производителей стали, представленным на этой неделе, текущая стоимость производства стали с использованием доменной печи и конвертера составляет около $400 за тонну.
Однако использование возобновляемого водорода и электроэнергии повышает стоимость до $500–$850 за тонну в зависимости от места производства.

Единственный способ сократить этот разрыв — это регулирование со стороны правительств в пользу экологически чистой стали, либо путем налогообложения более загрязняющих окружающую среду методов, либо путем субсидирования менее углеродоемкого производства.

Проблема в том, что в Азии, являющейся доминирующим производителем стали и двигателем будущего роста, практически нет свидетельств того, что это происходит.

На сессии «Предсказуемая энергетика для инвестиций» ПМЭФ тон задала тревожная цифра от замминистра экономического развития Михаила Каминского. Он заявил, что к 2030 году стоимость электроэнергии в России может вырасти на 63% в случае реализации всех проектов, заложенных в Генсхеме развития электроэнергетики до 2042 года. Напомним, Генсхема предполагает ввод 88 ГВт новых мощностей и модернизацию еще 64 ГВт до 2042 года и оценивается в 57 трлн рублей.

«Основной драйвер роста — это оптовая цена на электроэнергию. На рынок начинают приходить вновь вводимые объекты по ДПМ (Договору о предоставлении мощности), где помимо дорогих капиталовложений материализуются затраты на дорогое заемное финансирование и на локализованное оборудование. Все это мы в ближайшие годы уже увидим в платежах», — пообещал замминистра.

Главной проблемой, по его словам, является поиск баланса между необходимостью колоссальных инвестиций в энергетику и сохранением конкурентоспособности реального сектора.

Промышленные потребители тут же подтвердили эти опасения цифрами. Генеральный директор УК «Металлоинвест» Александр Попов сообщил, что его компания тратит на энергию порядка 70 млрд рублей в год (20–30% себестоимости), а заложенный в инвестпроекты рост тарифов на 8–9% уже в 2026-м превратился в фактические 18%, ставя под угрозу эффективность новых проектов.

Председатель совета директоров «Удоканской меди» Валерий Казикаев добавил, что для его проекта стоимость техприсоединения к сетям взлетела с 60 до 92 млрд рублей, и теперь собственная генерация, ранее отвергнутая как слишком дорогая, вновь становится альтернативой централизованному энергоснабжению.

Камнем преткновения стали регуляторные ограничения для собственной генерации, а именно норма, обязывающая объекты мощностью выше 25 МВт выходить на оптовый рынок. Промышленность в лице того же «Металлоинвеста», которому для надежности нужно 50 МВт резерва, требует пересмотреть этот порог, особенно для энергодефицитных регионов вроде Дальнего Востока, где дефицит к 2030 году может составить от 1,5 до 4 ГВт. В ответ генеральный̆ директор ПАО «Т Плюс» Павел Сниккарс напомнил логику этого ограничения: массовый уход крупных потребителей на собственную генерацию обрушит рынок, переложив бремя содержания сетей на малый бизнес и население.

А замгендиректора по инвестициям и капитальному строительству ПАО «Россети» Алексей Мольский и вовсе заявил, что энергетика нуждается в предсказуемости не меньше промышленности. Он указал на проблему неиспользуемых резервов (по его данным, новые мощности загружены лишь на 7%) и предложил встречную меру — внедрение принципа «бери или плати» (take-or-pay), чтобы потребители несли ответственность за заявленную, но не выбранную мощность. Эта идея перекликается с новым законопроектом Минэнерго, который уже вызвал шквал критики со стороны бизнеса, опасающегося роста конечной цены до 20 рублей за киловатт-час и выше.


Итогом сессии стало признание, что старая модель, где каждый платит за всех и не несет издержек за резервирование, исчерпала себя. Минэкономразвития выступило с инициативами о перераспределении «спящих» резервов через спецплощадку и предложило разрешить промышленности строить крупную генерацию для собственных нужд в дефицитных зонах с правом продавать излишки в рынок, пусть и по цене ниже ДПМ.

Со своей стороны, промышленность, например «Удоканская медь», готова к компромиссу в духе take-or-pay, но требует поэтапной оплаты подключения, а не авансирования всего проекта сразу, особенно в условиях дорогих кредитов.

Председатель правления компании «Новосталь-М» Иван Демченко прямо заявил, что все новые инвестпроекты в металлургии «исчезли в один час» с ростом ставки и курсовой волатильности. Он привел убийственный пример: тариф на электроэнергию за год (с марта 2025-го по март 2026-го) вырос на 40% (с 3,15 до 4,55 рубля за киловатт-час), и это при том, что отрасль продолжает платить акциз на жидкую сталь, введенный как налог на «сверхдоходы», которых давно нет.

Участники обсуждения достигли консенсуса в том, что предсказуемая энергетика невозможна без двусторонней ответственности и синхронизации инвестиционных циклов. Но так и не договорились, как именно развивать энергетику: вернуться к советскому «ручному управлению» через госкомпанию или все-таки использовать рыночные инструменты.

Рынок серебра продолжает испытывать трудности, цены застряли ниже $75 за унцию, и, хотя к концу года цены могут вырасти, Bank of America предупреждает инвесторов, что драгоценный металл сталкивается с некоторыми трудностями из-за изменения промышленного спроса.

В своем последнем аналитическом обзоре по драгоценным металлам аналитики Bank of America отмечают, что они по-прежнему оптимистично настроены в отношении достижения цен на серебро в $100 за унцию в IV квартале этого года, но предупредили, что такой рост не будет устойчивым.

В перспективе на следующий год Bank of America прогнозирует, что ко II кварталу 2027 года цены на серебро снова будут торговаться на уровне около $75 за унцию.

Аналитики заявили, что повышение цен вынуждает важнейшие промышленные сегменты рынка искать способы сократить использование этого металла или полностью заменить его более дешевыми альтернативами.

«Мы считаем, что спрос со стороны этого сектора достиг пика в прошлом году из-за совокупности факторов, включая стремление производителей экономить на серебре. Эти негативные факторы усугубились стагнацией производства солнечных фотоэлектрических систем в Китае, а также потенциальным снижением объемов установки солнечных батарей в этом году. Хотя мы видим рост спроса на серебро в ряде других секторов, эти увеличения слишком незначительны, чтобы существенно повысить промышленный спрос», – заявили аналитики. – «По мере того как цены на серебро росли почти экспоненциально, участники рынка, такие как производители солнечных фотоэлектрических систем, столкнулись с огромным давлением на маржу, что стимулировало усилия по исключению серебра из промышленных продуктов. Сокращение потребления означает, что дефицит серебра может сократиться на 90% в этом году. Ожидается, что дефицит в 2026 году будет настолько малым, что даже скромных продаж инвесторам будет достаточно, чтобы создать профицит на рынке».

Серебро последние годы показывало лучшие результаты, чем золото, поскольку стабильный промышленный спрос стал ключевым фактором продолжающегося дефицита предложения серебра.

Хотя команда Bank of America призывает осторожнее относиться к серебру, они также отметили, что этот металл остается ключевым элементом в солнечной энергетике, и перспектив резкого падения спроса не просматривается, даже несмотря на то, что более высокие цены ограничивают потребление.

Также и продолжающаяся война в Иране поддерживает спрос на энергию, получаемую без использования нефти.
Bank of America также видит риск повышенной волатильности.

Цены на серебро выросли до $120 за унцию в начале года отчасти потому, что инвесторы и представители отрасли начали конкурировать за сокращающийся избыток физического металла.

Аналитики заявили, что наибольший риск заключается в том, что серебро может оказаться втянутым в потенциальные торговые переговоры, поскольку США, Канада и Мексика начнут пересмотр условий свободной торговли в Северной Америке.

Глобальная торговая война Америки и угроза введения пошлин на серебро вынудили банки, торгующие драгоценными металлами, и участников рынка поддерживать повышенные запасы в США, что привело к сокращению доступности металла для удовлетворения мирового спроса.

«Продолжающиеся переговоры оказывают столь значительное влияние на рынок серебра, поскольку Канада и Мексика являются крупнейшими поставщиками серебра в США. Поэтому неопределенность относительно дальнейшего развития этих дискуссий является одной из причин, по которой цена на серебро снова превысила $80 за унцию», – заявили аналитики. Рост цен наблюдался даже несмотря на постоянный отток средств из ETF (биржевых инвестиционных фондов), обеспеченных физическим серебром, а последние данные CFTC (Комиссии по торговле товарными фьючерсами США) указывают на довольно сдержанный интерес к новым "длинным" позициям на фьючерсных рынках.

Компания Hangzhou Zhengda Antimony Products Co., Ltd., основанная в 2002 году и расположенная в городе Ханчжоу, провинция Чжэцзян, специализируется на исследованиях и разработках, контрактной переработке и продаже продукции из сурьмы. Основная продукция компании включает триоксид сурьмы, составные антипирены и экологически чистые антипирены под торговой маркой «Шаньшань».

Ли Ни, генеральный директор компании, в одном из интервью отметила продолжающееся несколько недель снижение цен на сурьму в слитках на внутреннем рынке Китая, назвав основной причиной отсутствия восходящей динамики цен на продукцию из сурьмы слабый спрос со стороны конечных потребителей.

В последние годы спрос на сурьму со стороны огнезащитного и фотоэлектрического секторов продолжает сокращаться, в то время как часть потребления сурьмы замещается альтернативными материалами.

С другой стороны, под влиянием политики экспортного контроля экспортный рынок сурьмы практически стагнирует, и зарубежный спрос остается вялым. Перенаправление экспортных объемов на внутреннее потребление по-прежнему оказывает очевидное значительное давление.

Сурьма широко используется в различных отраслях промышленности и часто называется «промышленным глутаматом натрия» - так с юмором г-жа Ли охарактеризовала частое использование глутамата натрия в качестве пищевых добавок и усилителя вкуса. Соединения сурьмы и содержащие сурьму металлы в основном используются для производства антипиренов, осветлителей для стекла, катализаторов, боеприпасов и сплавов для батарейных решеток, а также других конечных продуктов.

Области ее применения охватывают также фармацевтику, производство стекла и керамики, химическую промышленность, огнеупорные и огнезащитные материалы, военную промышленность, полупроводники и многие другие отрасли.

На рынок антипиренов приходится около 50% общего потребления сурьмы, и в последние годы он остается крупнейшим сегментом конечного применения. Однако на фоне значительных колебаний цен на сурьму в последние годы доля потребления в секторе антипиренов несколько снизилась.

Оценивая текущую ситуацию с поставками сырья на рынке сурьмы, г-жа Ли отметила, что Китай по-прежнему остается крупнейшим в мире производителем сурьмы, но его преимущества в запасах и объеме производства постепенно сокращаются. Согласно неполным статистическим данным, тремя крупнейшими в мире производителями сурьмы являются Китай с 60 000 тоннами (в год), Россия с 20 000 тоннами и Таджикистан с 17 000 тоннами.

Доля Китая в мировом производстве снизилась с 77,5% в 2015 году до 54,5% в 2024 году, его преимущество в плавильных мощностях также сократилось. Что касается предложения, истощение внутренних ресурсов в сочетании с ограничениями на добычу создало серьезные препятствия для поставок сурьмы. Зарубежные ресурсы демонстрируют признаки постепенного роста, хотя фактический объем поставок еще предстоит подтвердить.

При оценке динамики цен на сурьмяные продукты в 2026 году г-жа Ли полагает, что они, вероятно, останутся на относительно высоком уровне с колебаниями в пределах определенного диапазона. Ожидается, что преобладающие цены на сурьму в слитках 99,85% min. отыграют текущий спад и стабилизируются в районе 160000–180000 юаней за тонну. Риск снижения цен представляется ограниченным, но и потенциал роста при этом также ограничен. Многое будет зависеть от предложения сырья и условий спроса со стороны конечных потребителей. В условиях экспортного контроля рыночный спрос все еще нуждается в дальнейшем улучшении.

Учитывая ограниченное внутреннее предложение и слабый спрос со стороны потребителей, г-жа Ли полагает, что предприятиям-производителям сурьмы сейчас трудно давать какие-то «наставления» или рекомендации, как следует реагировать в условиях нынешнего рыночного тупика. Теоретически совет очевиден: в условиях значительной волатильности цен на сурьмяные продукты компаниям следует стремиться к устойчивому и осмотрительному развитию, при этом крайне важно удерживать клиентов за счёт качественного обслуживания конечных потребителей и постоянного повышения качества предоставляемых услуг. Особенностью текущего момента является необходимость для многих предприятий в отрасли внимательно отслеживать нередко непредсказуемую международную политическую обстановку.